Сирия

Топоним времени изготовления эстампажа и современное название

Корифа (совр. гора Джебель-Шейх-Баракат, Сирийская Арабская Республика).

Между 23 мая и 1 июня 1900 г.

Во время посещения Джебель-Шейх-Бараката экспедицией РАИК.

Обстоятельства изготовления эстампажа

Археологическая экспедиция в Сирию, организованная Русским археологическим институтом в Константинополе, состоялась в 1900 г. и продлилась полтора месяца, с 15 апреля по 1 июня 1900 г. Это научное путешествие задумывалось «для ознакомления с весьма интересной, мало изученной и чрезвычайно важной в истории христианской культуры страной, какова Сирия в период предшествующий арабскому завоеванию» (Успенский 1902, с. 94).

В состав экспедиции вошли: директор Русского археологического института в Константинополе Ф.И. Успенский (Успенский Федор Иванович (1845–1928), историк-византинист; член-корреспондент (1893), ординарный академик (1900) ИАН; директор Русского археологического института в Константинополе (1894–1914); председатель Российского палестинского общества (1921–1928), художник Н.К. Клуге (Клуге Николай Карлович (1869–1947), художник, копиист, реставратор византийских памятников), фотограф Н.Э. Успенская (Успенская Надежда Эрастовна (урожд. Ващенко; 1862–1942?), историк, жена Ф.И. Успенского; после смерти мужа обрабатывала и изучала его научное наследие) и драгоман г-н Хури. Главную цель экспедиции прекрасно сформулировал Ф.И. Успенский в статье «Археологические памятники Сирии», представляющей своего рода научный отчет об этом путешествии 1900 г.: «Хотя культурно значение Сирии уже в достаточной степени оценено, <…> но нельзя сказать, чтобы изучение памятников Сирии было исчерпано, или чтобы не было надежды на новые находки в этой весьма богатой древностями стране. Не только не достаточно изучены находящиеся на поверхности земли памятники, но почти не затронуты подземные города мертвых и остаются мало известными находящиеся в развалинах и засыпанные слоем земли постройки» (Успенский 1902, с. 93).

Руководитель экспедиции Ф.И. Успенский отмечал, что снаряжение научной экспедиции в Сирию было сопряжено с большими трудностями и требовало значительных издержек, поэтому Русский археологический институт, принимая во внимание скудость его собственных средств и минимальный штатный состав, не смог бы осуществить это обширное мероприятие без помощи со стороны Императорского Православного палестинского общества, которое пожертвовало на устройство поездки по Сирии 5 тысяч рублей (Успенский 1902, с. 93–94).

Караван для экспедиции института был организован в Дамаске. С местным подрядчиком по устройству караванов г-м Гадросом был заключен контракт, в соответствии с которым он обязался за условленную плату доставить все необходимое для поездки по Сирии. По договору, караван института должен был, прежде всего, направиться в г. Пальмиру, по пути останавливаясь только в некоторых особенно важных в археологическом отношении местностях. Из Пальмиры экспедиция следовала в среднюю Сирию, в сторону городов Хомса (Эмес) и Гамы (Эпифания). Затем планировалось пересечь возвышенное плато Эль-Бару и от г. Алеппо отправиться далее в северо-западную гористую местность для обозрения развалин монастыря Симеона Столпника. В заключение участники поездки должны были посетить Антиохию, оттуда переправиться в Александретту и там сесть на пароход.

Весь этот задуманный маршрут был успешно осуществлен в течение полутора месяцев. Экспедиция изучала встречаемые по пути памятники древности, делала с них фотографические снимки, составляла планы и рисунки. В результате удалось собрать весьма разнообразный и обширный материал.

В личном фонде Ф.И. Успенского, к сожалению, не сохранилась третья, заключительная, часть дневника, который он вел во время экспедиции по Сирии в 1900 г. Поэтому нам неизвестна точная дата осмотра членами экспедиции РАИК местности Шейх-Баракат. Но учитывая факт, что 22–23 мая 1900 г. Ф.И. Успенский и его спутники пребывали в Алеппо, а 1 июня 1900 г. их путешествие по Сирии уже завершилось, то очевидно, что с памятниками Шейх-Бараката члены экспедиции ознакомились в последнюю неделю мая 1900 г.

Джебель-Шейх-Баракат – самая высокая точка горного хребта Симеон (Джебель Семъан), достигающая 876 м. Горы Симеон (Джебель Семъан) являются частью известкового горного массива в западной части плато Алеппо и расположены примерно в 20 км к северо-западу от города Алеппо. Горы простираются на 50 км с севера на юг, их средняя высота – 500–600 м. Джебель-Шейх-Баракат находится в южной части гор.

На вершине Шейх-Бараката было расположено мусульманское святилище. По словам Ф.И. Успенского, это место чрезвычайно живописно, кроме того, когда-то здесь «было древнее языческое святилище, собиравшее массы богомольцев и привлекавшее к себе религиозное чувство значительной части сирийской области» (Успенский 1902, с. 190). К такому заключению ученый пришел, увидев «остатки громадных сооружений на вершине холма», а также «по множеству лежащих там и сям мраморных обломков и, наконец, по фундаментам грандиозных сооружений» (Успенский 1902, с. 190).

В домусульманском святилище, располагавшемся на этом месте, сохранилось множество надписей, относящихся к I–II вв. н. э. Ф.И. Успенский отмечал, что с тщательным изучением оставшихся в Шейх Баракате памятников следовало спешить, т.к. «они разбросаны по всему холму, служат для ограды, для цистерны, для ворот или валяются без всякого употребления и могут быть легко уничтожены» (Успенский 1902, с. 191).

Местность, покрытая развалинами и обломками памятников, имела довольно обширную площадь и была окружена стенами, от которых сохранились только основания и часть колонн и капителей. Определить точное количество сохранившихся надписей, по мнению Ф.И. Успенского, было довольно сложно, поскольку они могли располагаться в самых разных местах и на довольно значительной площади (Успенский 1902, с. 191). По своему содержанию большинство надписей являлись посвятительными, сделанными в честь главных локальных божеств (Успенский 1902, с. 191).

Ученый отмечал, что надписи в Шейх Баракате попадаются не только в стенах ограды, но также и в поле. Многие из этих эпиграфических памятников уже были разбиты на части, поэтому от некоторых надписей сохранились лишь фрагменты. Чтение таких надписей было довольно затруднительным, однако, по словам Успенского, однородность их содержания облегчала понимание испорченных слов и строк (Успенский 1902, с. 192).

Памятник

Тип памятника

Прямоугольная плита.

Материал

Нет информации

Размеры

Нет информации

Описание и состояние

По словам французского археолога и историка В. Шапо (1873–1954), также опубликовавшего в 1902 г. в своей статье “Antiquités de la Syrie du Nord” эту надпись, камень с ее текстом ранее находился в стене ограды святилища, но затем был вынут и перемещен вниз на землю (Chapot 1902, р. 178). Камень, по описанию ученого, был расколот со всех сторон, а поверхность с надписью очень истерта, вследствие чего ее текст читался с большим трудом, и невозможно было сделать эстампаж. Камень был найден в 50 м от места находки надписи IGLSyr. 2. 472.

Место, дата и контекст находки надписи, топоним времени изготовления надписи и современное название

Корифа (совр. гора Джебель-Шейх-Баракат, Сирийская Арабская Республика).

Между 23 мая и 1 июня 1900 г.

Во время посещения г. Джебель-Шейх-Баракат экспедицией РАИК.

Место и институт хранения надписи  

После публикаций Успенского, Шапо и Прентиса сообщения об аутопсии отсутствуют.

Эпиграфическое поле

Язык надписи

Греческий

Палеографические особенности надписи

Эпсилон и сигма лунарные, омега курсивная, альфа с ломаной и прямой гастой.

Высота букв (см)

4.0 – 5.0 см (Chapot 1902, р. 178. No. 21);

Характер документа

Посвятительная или строительная надпись

Датировка надписи

После 120 г. н. э.

Обоснование датировки

Сопоставление с происходящими из стен теменоса Зевса Мадбаха и Селамана датированными посвятительными надписями

Издания надписи

Успенский Ф.И. Археологические памятники Сирии // Известия Русского археологического института в Константинополе. Т. VII. Вып. 2–3. 1902. С. 192.

Chapot V. Antiquités de la Syrie du Nord // Bulletin de Correspondance Hellénique. 1902. Vol. 26. P. 178, 290. No. 21.

Publications of an American Archaeological Expedition to Syria in 1899. Part III: Greek and Latin Inscriptions / ed. by Prentice W.K. New York, 1908. P. 122. No. 108a.

Jalabert L., Mouterde R. Inscriptions grecques et latines de la Syrie. T. 2: Chalcidique et Antiochène, No. 257–698. Paris, 1939. P. 266. No. 474.

Текст надписи

[ἐπὶ ἱερέως -- Δ]όμνου(?) τοῦ(?) Θ[εοδότου(?) --]

[ἀνενεώθη(?) τὸ τοῦ πε]ριβόλου τοῖχ[ος(?) --]

[--Κά]νδιδος(?) τὸ ε[--]

[--ἐξ ἰδίων(?) ἐ]πικτίσας καὶ ἀ[νανε]-

[ώσας(?) σὺν τοῖς --]τοις(?) καὶ τῷ ἐπ’ αὐ[τοῖς(?)]

[--]

Перевод надписи

[При жреце -- Д]омне (?), сыне Т[еодота (?)--] | [была восстановлена (?)] сте[на (?)] [пе]рибола --] | [-- Кандид (?) --] | [-- на собственные средства (?)] заново отстроив и [восстанов|ив (?) с --] и при (? )].

Критический аппарат (различные варианты восстановления утраченного текста, аргументация и комментарий издателей надписи)

1 [Δ]όμνου τοῦ(?) Θε[--]Успенский; Δ]όμνου(?) τοῦ(?) Θ[εοδότου(?) --] Chapot, IGLSyr. 2. 474

2 [πε]ριβόλου τού[του] Успенский; [τοῦ πε]ριβόλου τοῖχ[ον(?)] Chapot;  [ἀνενεώθη(?) τὸ τοῦ πε]ριβόλου τοῖχ[ος(?) --] IGLSyr. 2. 474

3 [ἰ]νδ(ίκτου)ιδ΄{ο} ἔτο[υς] Успенский; [--Κά]νδιδος(?) τὸ ε[--] IGLSyr. 2. 474

4 [ἐ]πικτίσας καὶ ἀ[--] Успенский; [ἐ]πικτίσας сомнительное восстановление –Chapot; [--ἐξ ἰδίων(?) ἐ]πικτίσας IGLSyr. 2. 474

5 ΕΟΙΓΚΑΡ... ΑΥ Успенский; ΤΟΙΣΚΑΙΤΩΕΠΑΥ Chapot;

καὶ ἀ[νανε]-

4-5 [--ἐξἰδίων(?) ἐ]πικτίσας καὶ ἀ[νανε|ώσας(?) σὺν τοῖς --]τοις(?) καὶ τῷ ἐπ’ αὐ[τοῖς(?)] IGLSyr. 2. 474

Филологический и эпиграфический комментарий к надписи

Ф.И. Успенский, отметив на горе Джебель-Шейх-Баракат наличие большого количества разбитых надписей, в качестве примера привел чтение нескольких фрагментов, среди которых была надпись IGLSyr. 2. 474.

За исключением стр. 3, где он предложил понимать ΝΔ как [ἰ]νδ(ίκτου) (издатели IGLSyr. 2 справедливо заметили, что летоисчисление по индиктам относится к более позднему времени) предложенные Успенским восстановления в целом были приняты В. Шапо и в IGLSyr 2.

Воспроизведение надписи маюскулами и чтение Ф.И. Успенского. По: Успенский 1902, с. 192

Незадолго до экспедиции РАИК, в ноябре 1899 г. на горе Джебель-Шейх-Баракат побывали участники американского археологической экспедиции. Они обнаружили на ней 10 надписей, первоначально находившихся в стене теменоса существовавшего там святилища двух богов – Зевса Мадбаха и Селамана (IGLSyr. II. 465–473; Callot O., Marcillet-Jaubert J. Hauts-lieux de Syrie du nord. In: Temples et sanctuaires. Séminaire de recherche 1981–1983, sous la direction de G. Roux. Lyon, 1984. P. 185–190 (Travaux de la Maison de l'Orient, 7)). Эти надписи свидетельствуют о том, что теменос был сооружен в конце I – начале II в. н. э. на средства различных частных лиц (General Meeting of the Archaeological Institute of America December 26-28, 1901 // American Journal of Archaeology. Vol. 6. No. 1 (Jan. - Mar., 1902). P. 27–28; Publications of an American Archaeological Expedition to Syria in 1899. Part III: Greek and Latin Inscriptions / ed. by Prentice W.K. New York, 1908. P.). Термин εὐχήν, встречающийся в большинстве надписей, указывает, что части стен теменоса строились по обету, данному Зевсу Мадбаху и Селаману, которые именуются «отеческими богами».

Селаман, по-видимому, связан с древним ассирийским божеством «Shulmanu». Еще Ш. Клермон-Ганно пришел к выводу, что Ζεὺς Μάδβαχος и Ζεὺς Βωμὸς μέγας ἐπήκοος, посвящение которому было найдено в 17 км от Джебель-Шейх-Бараката (IGLSyr. II. 569, 161 г. н. э.) – это одно и то же божество (Clermont-Ganneau C. Le Zeus Madbachos et le Zeus Bomos des Sémites // Recueil d’archéologie orientale. T. IV.P. 164–165. § 28). Эпитет Зевса Μάδβαχος («mdbk») является арамейской версией греческого βωμός (алтарь), так как арамейское «mdbk» происходит от основы «dbk», означающей «совершать жертвоприношение» (Millar F. The Roman Near East. 31 BC – AD 337. London, 2001. P. 254–255; Kaizer T. Creating local religious identities in the Roman Near East / The Cambridge history of religions in the ancient world. Vol. II. From the Hellenistic age to late antiquity. 2013. P. 11 https://pdfs.semanticscholar.org/cee2/547d1927e4023a45639feb7901b04389d099.pdf ).

По мнению издателей IGLSyr II Л. Джалабера и Р. Мутерда, в тексте надписи речь идет не о сооружении, а о реконструкции теменоса (IGLSyr. II. P. 266. No. 474). Датировка надписи была предложена В. Прентисом благодаря сопоставлению с другими происходящими из стен теменоса надписями. Он полагал, что работы по сооружению перибола святилища Зевса Мадбаха и Селамана датируются временем ок. 51 – ок. 170 г. н. э., то есть продолжались более ста лет (Prentice 1908, р. 122–123; IGLSyr. II. 465–473).

В строительных надписях и в посвящениях богам заново отстроенных или восстановленных зданий могут употребляться глаголы ποιέω, ἀνα-, ἐπισκευάζω, (ἀν)οικοδομέω или другие глаголы с близким значением. В. Шапо считал восстановление [ἐ]πικτίσας сомнительным, так как основное значение ἐπικτίζω «основывать, основывать заново», причем глагол употребителен прежде всего тогда, когда речь идет об основании городов (LSJ, s.v.), но, как кажется, другое восстановление невозможно. В качестве аналогии можно привести посвящение, предположительно, II в. н. э. из Герасы – … ἑκατονθάρχης ... ἐπέκτισεν ναὸν Διὸς Ἐπικαρπίου …– «… центурион… заново основал (отстроил?) святилище Зевса Эпикарпия…» (Welles 1938, 393–394 no. 42). В других надписях из стены теменоса Зевса Мадбаха и Селамана κτίζω употребляется без приставки, иногда в сочетании с формами от οἰκοδομέω (IGLSyr. II. 465–467 – ок. 86 г. н. э., IGLSyr. II. 469 – 120 г. н. э.).

Помимо упоминаемого в этой надписи Κάνδιδος (?) известно еще 6 отдельных лиц и семейств, на средства которых осуществлялись строительные работы на теменосе святилища Зевса Мадбаха и Селамана (IGLSyr. II. 465–473).

Исторический комментарий к надписи

В греко-римскую эпоху гора Джебель-Шейх-Баракат была известна как «Корифа» или «Корифей». Считается, что упоминание о ней встречается в сочинении древнегреческого историка Полибия «Всеобщая история», когда он описывает древний город Селевкию Пиерию: «Город лежит при море между Киликией и Финикией у подножья очень высокой горы, именуемой Корифеем. С запада гору эту омывает кончающееся здесь море, что между Кипром и Финикией, а восточными частями она господствует над областью антиохиян и селевкиян. К югу от горы лежит Селевкия, отделенная от Корифея глубокою непереходимою пропастью» (Polyb., V, 59, 4–6).

Во времена Римской империи на Джебель-Шейх-Баракате располагалось святилище, посвященное богу солнца, отождествляемому с Юпитером, и божеству лунного света Саламану (его имя, по мнению ученых, происходит от имени бога вечерней зари в западносемитской мифологии – Шалема (Шалимму, Шалима, Салима, Салема). Остатки святилища сохранились.

Новое имя, Джебель-Шейх-Баракат, гора получила после мусульманского завоевания Сирии в VII в. По легенде ее стали называть так в честь воина Мухаммада Нофаля Бараката, который погиб в одном из сражений в ходе арабо-византийских войн.

Литература

Успенский Ф.И. Археологические памятники Сирии // Известия Русского археологического института в Константинополе. Т. VII. Вып. 2–3. 1902. С. 93–212.

Chapot V. Antiquités de la Syrie du Nord // Bulletin de Correspondance Hellénique. 1902. Vol. 26. P. 178, 290. No. 21.

Jalabert L., Mouterde R. Inscriptions grecques et latines de la Syrie. T. 2: Chalcidique et Antiochène, No. 257–698. Paris, 1939. P. 266. No. 474.

М.В. Поникаровская, Н.А. Павличенко

Археографическое описание и реставрация эстампажа

Архивный шифр

© СПбФ АРАН. Ф. 127. Оп. 3. Д. 37. Л. 1, 2

Тип документа

Эстампаж

Материал

Тряпичная бумага, гигроскопичная, плотная, толщина Т = 0,320 мм, имеется тисненая надпись на краю листа: «ZELLICH^s NON PLUS ULTRA BLOTTING» (выпускалась в Турции компанией ZELLICH^s).

Размеры листов эстампажа

53,6 х 70,5 см

Органолептическая оценка сохранности материальной основы документа до реставрации

Механические повреждения и утраты. Отсутствует левый верхний угол и центральный фрагмент верхнего листа, на нем 11 разрывов. Отсутствует фрагмент (3 х 6 см) в левой части и правый нижний угол нижнего листа.

1) S треугольника = аb/2, a = 6 мм, b = 3 мм => S треугольника = (3 х 6) / 2 = 9 мм²

Археографический комментарий: наличие помет, разлиновки, прорисовок букв на эстампажах и пр.

На лицевой стороне имеются надпись в виде цифры «8», выполненная синим карандашом в нижнем правом углу, и надпись вверху графитовым карандашом — «Шейх Баракат».

Сведения о реставрационных работах

Биологическое исследование: взяты пробы для микологического анализа с поверхности бумажного листа. Жизнеспособные споры микромицетов не обнаружены.

Измерение толщины листа эстампажа проводилось микрометром «VEB Werkstoffptüfmaschinen» на ровных участках: толщина Т = 0,320 мм.

Определение вида волокон бумаги — изготовлена из тряпичного волокна.

Измерение рН водной вытяжки бумаги: рН на букве = 6,5; рН на поле = 6,6

Определение проклейки: проклейка не обнаружена.

Исследования, проведенные при помощи микроскопа Light Scope Panasonic 30x: лицевая сторона имеет темно-желтые пятна — фоксинги. Оборотная сторона имеет темно-желтые фоксинги в большей степени, чем лицевая. Наблюдаются вкрапления камня, оставшиеся после изготовления эстампажа.

Состав и последовательность реставрационных мероприятий

1. Фотофиксация сохранности памятника до реставрации.

2. 3d сканирование эстампажей.

3. Биологические и лабораторные исследования.

4. Механическая очистка и удаление пыли.

5. Подбор реставрационной бумаги.

6. Приготовление растворов и бумажной массы.

7. Расчёт количества бумажной массы на размеры утрат.

8. Подготовка листа Hollytex для промывки и реставрации эстампажа

9. Промывание эстампажа на ровном (без складок) листе Hollytex.

10. Упрочнение бумажного листа эстампажа раствором метилцеллюлозы.

11. Перенос эстампажа на листе Hollytex на поверхность, впитывающую воду.

12. Нанесение клея на разрывы и края утрат бумажного листа эстампажа.

13. Восполнение разрывов и утрат бумажной массой и реставрационной бумагой.

14. Перенос эстампажа на листе Hollytex на рыхлую подушку из фильтровальной бумаги.

15. Замена фильтровальной бумаги до полного просушивания бумажного листа эстампажа.

16. Обёртывание эстампажа в микалентную бумагу для последующего хранения.

17. Фотофиксация сохранности памятника после реставрации.

18. 3d сканирование эстампажей после реставрации, сравнительная характеристика моделей.

Эстампаж отреставрирован в апреле 2021 г.

Н.В. Чернова, А.Д. Власов